Настоятель храма: протоиерей Евгений Соколов

Настоятель домового храма в честь Святого праведного Иоанна Кронштадтского при ПГУ им М.В. Ломоносова

hram@pomorsu.ru

Дата рождения: 28.01.1951

Дата диаконской хиротонии: 23.05.1996

Дата иерейской хиротонии: 31.05.1998

  • Автобиография
  • Выступления
  • Статьи
  • Видеозаписи
  • Проповеди
  • СМИ о батюшке
  • Фотографии

Отец Евгений о себе

Я родился в 1951 году в поселке Волошка Коношского района Архангельской области. В семье нашей, по линии отца, шесть поколений священников. Мой дед, протоиерей Петр Соколов, был дважды судим за антисоветскую деятельность. В 1925 году сослан на пять лет в Сибирскую ссылку, а в 1937 году вторично приговорен к 10 годам лишения свободы без права переписки. Причина обвинения: продолжал за богослужением поминать убиенных Николая, Александру, Ольгу, Татиану, Марию, Анастасию и Алексея (Семью Царственных Страстотерпцев). В 1938 году отец Пётр был расстрелян. Родные узнали об обстоятельствах его гибели только спустя 70 лет. Место последнего служения деда – Сретенский храм в деревне Мечетка близ города Боброва Воронежской области.

Мой отец, Митрофан Петрович Соколов, был третьим, самым младшим ребенком в семье деда. Бабушка, Варвара Алексеевна Соколова, перед родами пешком совершила паломничество к мощам святителя Митрофана Воронежского, поскольку до моего отца два младенца родились болезненными и сразу умерли. Она дала обет, если родиться мальчик, назвать его Митрофаном в честь Воронежского Святителя.
После ареста деда моего отца арестовали и осудили на 10 лет по статье 58.10. Главным пунктом обвинения было следующее: «Устраиваясь в бригаду плотников, скрыл свое социальное происхождение, что он является сыном контрреволюционно настроенного священника».После тюремного заключения отец был полностью реабилитирован. Но он остался на Севере, в Коношком районе, где отбывал срок. Здесь он встретил мою маму – Таисию Ивановну Соколову, в девичестве Васильеву.

Моя мама была вторым ребенком в многодетной семье Васильевых и проживали они в деревне Веретье Маловишерского района Новгородской области. Всего в семье было одиннадцать детей. По оргнабору мама была призвана на строительство номерного завода в поселок Волошка Архангельской области.

Все мое детство прошло под присмотром бабушки, которая прожила долгую жизнь до 80-ти лет, и старшей сестры моего отца Александры Петровны Бакулиной. Родители много работали, держали большое домашнее хозяйство, и большую часть времени со мной и моими братьями занимались эти две женщины. Тетя Шура (так мы звали сестру отца) посвятила нам всю свою жизнь. Ее семья вся погибла во время войны, и целью своей жизни она поставила: сохранить веру в роду Соколовых. Умерла она в 1997 году в возрасте 90 лет. Именно она, когда мне было три года, раскрыла перед нами Евангелие в картинках и многие вечера рассказывала нам о пришествии в мир Бога для спасения людей. Почти каждый год тетя Шура, уезжая на могилу своего сына, который похоронен на Шуваловском кладбище в Санкт- Петербурге, брала нас с собой с одной только целью – причастить Святых Христовых Таинств. Подолгу предварительно разговаривала с духовником, объясняя, что для нас это единственная возможность причаститься один раз в году. Ибо на территории Коношского района не было ни одной действующей церкви.

В 1968 году я окончил школу и поступил в Рязанский радиотехнический институт, где уже учились мои старшие братья. По окончании института два года служил в армии лейтенантом. В это время женился. Жена, Наталия Ивановна Соколова, в девичестве Кондратьева, весь мой армейский путь прошла вместе со мной. После демобилизации приехал в город Новодвинск, куда в 1969 году переехали мои родители и работал в отделе Автоматизированных систем управления крупнейшего в Европе Архангельского целлюлозно-бумажного комбината (АЦБК) до 1997 года.

В 1996 году рукоположен в дьяконы, а в 1998 году - в иереи. 
В 1996 году поступил в Православный Свято-Тихоновский богословский институт, который окончил в 2001 году. Поначалу служил в Покровском храме города Новодвинска. В 2001 году переведен в Коношский район в поселок Ерцево настоятелем храма в честь Казанской иконы Божией матери. В этом поселке когда-то отбывал срок мой отец, и сейчас там зона особого режима. И именно эта зона была главным в моем служении. Три года еженедельного общения с несчастными «сидельцами» многое дали и многому научили.

Осенью 2003 года переведен настоятелем домового храма при Поморском государственном университете в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского, а также назначен руководителем миссионерского отдела Архангельской епархии.

В моей семье трое детей и шесть внуков. Старший сын Владислав окончил аспирантуру по специальности «прикладная математика» в Петрозаводском государственном университете. Средняя дочь Ольга после окончания Поморского госуниверситета работает в отделе кадров АЦБК. Младшая дочь Мария – преподаватель Архангельского медицинского колледжа.

Вот и все. С Божьим благословением, о. Евгений

Выступления

Элемент не найден!

Возврат к списку

Статьи

Элемент не найден!

Возврат к списку

Видеозаписи

Проповеди

Элемент не найден!

Возврат к списку

СМИ о батюшке

Господи, прости нас, грешных, за детскую боль!


Обычный осенний день, служба в храме, вопросы и просьбы прихожан, но неожиданно одна пожилая женщина просит об отдельном разговоре. “Батюшка, у Вас летом девочка, Вероника, была на Исповеди, сейчас в больнице. Ехала с родителями на машине, попали в аварию, ей правую руку оторвало, не сможете найти время ее навестить?”. К таким встречам нужно готовиться. Договариваемся пойти вместе в детскую областную больницу через два дня. За эти дни многое чего передумал: о чем будем говорить с ребенком, как ответить на самый сложный и самый страшный вопрос из детских уст: “За что?”, - и о многом другом были мои не очень веселые думы.

Два дня прошли, покупаем гостинцы, идем в больницу. Палата на одного человека, нас встречает бабушка девочки, которая неотступно дежурит около внучки, и серьезные, совсем взрослые, глаза восьмилетнего ребенка. Девочка молчит, но сам взгляд говорит столь о многом, что все заготовленные бодрые фраз застревают в горле. Нет, никаких слов ободрения или утешения этому совершенно взрослому восьмилетнему ребенку не надо.

Начинаю разговор с бабушкой об уроках, об успеваемости, о режиме дня, о том, когда же домой выпишут, а Вероника с тихим, взрослым молчанием слушает наш разговор. Наконец, набираюсь сил и спрашиваю, хочет ли она домой, не соскучилась ли по школе? Отвечает тихим, спокойным голосом, а потом задает совершенно неожиданный вопрос: “А мне теперь как правильно креститься?”. Поясняю, что креститься можно левой рукой в той же последовательности: чело, живот, правое плечо, левое и поклон. Рассказываю, что когда начинал свое служение в храме, то наш дьякон серьезно повредил правую руку и три месяца крестился левой рукой.

И постепенно переходим на разговор о том, что есть разные болезни тела, но, если к ним правильно относиться, то они могут помочь в укреплении и становлении ДУШИ. О том, как много здоровых сильных людей использовали дар Божий – телесное здоровье – для развращения, а то и уродования, самого главного в человеке, его души. О том, что все равно когда-то, через много лет, тело потеряет силу и превратится в тлен. А душа перейдет в Горний мир в том состоянии, которое человек сумеет придать ей своей заботой и попечением. И как много сегодня людей, которые стремятся к мирским благам, сытости, телесному здоровью, власти, пренебрегая при этом, самым главным - здоровьем духовным. И еще о том, что человек, который заразился опасной инфекционной болезнью, направляется в специальные инфекционные отделения в больницы, но сегодня очень многие люди, которые больны опасными духовными болезнями, спокойно разгуливают среди нас, заражая при этом и своих близких, и всех окружающих. Но таков сегодняшний мир, когда зло перестало считаться злом, а мирские богатства ценятся превыше всего.

Как быстро скорбь делает ребенка взрослым! Как просто и легко общаться со страдающей детской душой, которая не ищет мщения, не кричит о справедливости, а просто думает о предстоящей жизни, в которой неожиданно появился пожизненный Крест страданий. Как хочется утешить, защитить, как хочется помочь этой юной и одновременно взрослой душе в несении ее будущего жизненного Креста. И невольно думаешь о тех, кто стал причиной этих страданий. А как же они будут жить с этим, тоже пожизненным, Крестом осознания, что они лишили ребенка детства? Отняли тот замечательный, беззаботный период, который дарован нам только в начале нашей жизни? Ведь никакими деньгами и развлечениями беззаботная радость детства не измеряется... Впрочем, зачастую современный автомобилист-лихач больше думает о своем благополучии, чем об ответственности. Наступивший период духовной теплохладности в нашем обществе исключает возможность несения Креста чужих страданий…

Прощаемся, договариваемся, как только будет возможность, встретиться в храме и еще о многом, многом поговорить. Спускаюсь по больничной лестнице, а глаза ребенка, его прощальный взгляд, исполненный боли и грусти, никак не отпускает. Господи, прости нас, грешных, за всю ту детскую боль, которая морем разлилась по нашим городам и весям. Прости, Господи!

Руководитель миссионерского отдела Архангельской епархии

протоиерей Евгений Соколов

Источник: www.pravoslavie-nord.ru

Возврат к списку

Фотографии