Настоятель храма: протоиерей Евгений Соколов

Настоятель домового храма в честь Святого праведного Иоанна Кронштадтского при ПГУ им М.В. Ломоносова

hram@pomorsu.ru

Дата рождения: 28.01.1951

Дата диаконской хиротонии: 23.05.1996

Дата иерейской хиротонии: 31.05.1998

  • Автобиография
  • Выступления
  • Статьи
  • Видеозаписи
  • Проповеди
  • СМИ о батюшке
  • Фотографии

Отец Евгений о себе

Я родился в 1951 году в поселке Волошка Коношского района Архангельской области. В семье нашей, по линии отца, шесть поколений священников. Мой дед, протоиерей Петр Соколов, был дважды судим за антисоветскую деятельность. В 1925 году сослан на пять лет в Сибирскую ссылку, а в 1937 году вторично приговорен к 10 годам лишения свободы без права переписки. Причина обвинения: продолжал за богослужением поминать убиенных Николая, Александру, Ольгу, Татиану, Марию, Анастасию и Алексея (Семью Царственных Страстотерпцев). В 1938 году отец Пётр был расстрелян. Родные узнали об обстоятельствах его гибели только спустя 70 лет. Место последнего служения деда – Сретенский храм в деревне Мечетка близ города Боброва Воронежской области.

Мой отец, Митрофан Петрович Соколов, был третьим, самым младшим ребенком в семье деда. Бабушка, Варвара Алексеевна Соколова, перед родами пешком совершила паломничество к мощам святителя Митрофана Воронежского, поскольку до моего отца два младенца родились болезненными и сразу умерли. Она дала обет, если родиться мальчик, назвать его Митрофаном в честь Воронежского Святителя.
После ареста деда моего отца арестовали и осудили на 10 лет по статье 58.10. Главным пунктом обвинения было следующее: «Устраиваясь в бригаду плотников, скрыл свое социальное происхождение, что он является сыном контрреволюционно настроенного священника».После тюремного заключения отец был полностью реабилитирован. Но он остался на Севере, в Коношком районе, где отбывал срок. Здесь он встретил мою маму – Таисию Ивановну Соколову, в девичестве Васильеву.

Моя мама была вторым ребенком в многодетной семье Васильевых и проживали они в деревне Веретье Маловишерского района Новгородской области. Всего в семье было одиннадцать детей. По оргнабору мама была призвана на строительство номерного завода в поселок Волошка Архангельской области.

Все мое детство прошло под присмотром бабушки, которая прожила долгую жизнь до 80-ти лет, и старшей сестры моего отца Александры Петровны Бакулиной. Родители много работали, держали большое домашнее хозяйство, и большую часть времени со мной и моими братьями занимались эти две женщины. Тетя Шура (так мы звали сестру отца) посвятила нам всю свою жизнь. Ее семья вся погибла во время войны, и целью своей жизни она поставила: сохранить веру в роду Соколовых. Умерла она в 1997 году в возрасте 90 лет. Именно она, когда мне было три года, раскрыла перед нами Евангелие в картинках и многие вечера рассказывала нам о пришествии в мир Бога для спасения людей. Почти каждый год тетя Шура, уезжая на могилу своего сына, который похоронен на Шуваловском кладбище в Санкт- Петербурге, брала нас с собой с одной только целью – причастить Святых Христовых Таинств. Подолгу предварительно разговаривала с духовником, объясняя, что для нас это единственная возможность причаститься один раз в году. Ибо на территории Коношского района не было ни одной действующей церкви.

В 1968 году я окончил школу и поступил в Рязанский радиотехнический институт, где уже учились мои старшие братья. По окончании института два года служил в армии лейтенантом. В это время женился. Жена, Наталия Ивановна Соколова, в девичестве Кондратьева, весь мой армейский путь прошла вместе со мной. После демобилизации приехал в город Новодвинск, куда в 1969 году переехали мои родители и работал в отделе Автоматизированных систем управления крупнейшего в Европе Архангельского целлюлозно-бумажного комбината (АЦБК) до 1997 года.

В 1996 году рукоположен в дьяконы, а в 1998 году - в иереи. 
В 1996 году поступил в Православный Свято-Тихоновский богословский институт, который окончил в 2001 году. Поначалу служил в Покровском храме города Новодвинска. В 2001 году переведен в Коношский район в поселок Ерцево настоятелем храма в честь Казанской иконы Божией матери. В этом поселке когда-то отбывал срок мой отец, и сейчас там зона особого режима. И именно эта зона была главным в моем служении. Три года еженедельного общения с несчастными «сидельцами» многое дали и многому научили.

Осенью 2003 года переведен настоятелем домового храма при Поморском государственном университете в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского, а также назначен руководителем миссионерского отдела Архангельской епархии.

В моей семье трое детей и шесть внуков. Старший сын Владислав окончил аспирантуру по специальности «прикладная математика» в Петрозаводском государственном университете. Средняя дочь Ольга после окончания Поморского госуниверситета работает в отделе кадров АЦБК. Младшая дочь Мария – преподаватель Архангельского медицинского колледжа.

Вот и все. С Божьим благословением, о. Евгений

Выступления



Проблемы миссии в условиях отсутствия в России национальной идеи

Проблемы миссии в условиях отсутствия в России национальной идеи

18.11.2010


Доклад руководителя миссионерского отдела Архангельской епархии на IV Всецерковном съезде епархиальных миссионеров Русской Православной Церкви …

На прошедших в этом году Рождественских чтениях председатель Синодального информационного отдела Владимир Легойда в своем докладе поставил вопросы: где мы, какой период в жизни Церкви сейчас? При этом Владимир Романович подчеркнул, что только правильно ответив на этот вопрос, можно выстраивать приоритеты церковной миссии. Вопрос, действительно, чрезвычайно важен. В годы гонений главным было не отречься от Христа, не предать свою веру. В период Вселенских Соборов необходимо было разработать догматическое учение и преодолеть ереси, разрушавшие церковный организм. Какое же время в нашей жизни сейчас? К сожалению, вопрос, поставленный тогда в докладе Владимира Легойды, так и остался без ответа. Может, именно этим следует объяснить разногласия по поводу приоритетов нашего миссионерского служения. И, более того, порой наша несогласованность вырастает в серьезные проблемы.

Протоиерей Евгений СоколовЕсли мы попробуем оглянуться назад, то отметим странную тенденцию. В период безбожного режима в СССР, когда православная вера была гонима и Евангельская проповедь полностью запрещена, морально-нравственный климат в стране все же был несравненно выше того, какой мы наблюдаем сегодня. Конечно, можно спорить по частностям, но такого уровня сексуального разврата, наркомании, алкоголизма, жестокости, суицидов - не буду все перечислять, - безусловно, в то время не было. И вот, казалось бы, после снятия всех запретов нравственная обстановка, как минимум, должна была хоть чуть-чуть улучшиться, но мы наблюдаем в этой области обратный эффект. Почему? Ведь построены заново, восстановлены из руин десятки тысяч церквей, открыты духовные школы, разрешена церковная проповедь, но нравственный уровень людей, особенно в молодежной среде, катастрофически падает. Примеров этого можно приводить множество, но я коснусь одного наиболее яркого - это проблема взяточничества на всех уровнях государственного аппарата и, в частности, в образовании. Государство открыто признает, что проиграло войну с коррупционерами и уровень коррупции уже угрожает национальной безопасности страны. Но проблема коррупции - проблема духовная, это проблема греха среди государственных служащих, а в образовании - среди интеллектуальной элиты России, что особенно печально.

Попробую сформулировать свой вариант ответа на вопрос Владимира Легойды, где мы сейчас находимся. Видимо, мы уже вошли в эпоху соблазнов, о которой в Евангелии нас предупреждает Христос: «Горе миру от соблазнов, ибо надобно придти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит» (Мф.18, 7). И в самом деле, если мы посмотрим на любую область нашей жизни: спорт, искусство, образование, культура, наука, экономика - то и невооруженным глазом видно, что «золотой телец» проломил все стены, и вряд ли нам удастся найти своеобразный оазис в общественных отношениях, где бы не царили соблазны. И нужно говорить не просто о соблазнах, а о мощной, хорошо финансируемой государством системе соблазнов. Как специалист, более 20 лет проработавший системным программистом, я хорошо знаю, что бороться с системой можно только системными средствами. Т.е. если мы хотим бороться с соблазнами, то системе соблазнов нужно противопоставить свою более мощную систему противодействия им.

Около десяти лет назад нас призвали в нашем миссионерском служении показать «положительные стороны Православия». У себя в епархии силами миссионерского отдела мы провели несколько успешных проектов. Очень коротко: фестиваль православной песни. Начавшись со скромного конкурса в Поморском университете, через три года, по признанию многих, он стал одним из лучших песенных фестивалей в Архангельске; нам предложили тогда расширить рамки фестиваля до уровня города. Именно потому мы и отказались далее его проводить, т.к. на городском уровне этим должны заниматься представители департамента культуры, а не Церковь. Мы провели несколько больших молодежных балов. И по признанию ректора Поморского университета Ирины Робертовны Луговской нашему, блаженной памяти, Владыке Тихону, ничего более красивого, чем проведенные балы, в своей жизни она не видела. Наше Православное кафе - это практически единственная системно работающая дискуссионная площадка в городе, куда мечтают быть приглашенными многие известные жители Архангельска. Не буду перечислять остальные проекты. И рассказываю об этих мероприятиях совсем не из тщеславных соображений. А просто, чтобы, подводя итог, сказать: времени потратили на все это очень много, материальных средств тоже немало, но после реализации этих проектов в храмах Архангельска людей на службе не прибавилось. Сделали вывод: заниматься этим, конечно же, надо, и занимаемся, но в фоновом режиме. Это все семена, посеянные либо при дороге, либо на камне, либо в тернии. Бороться с системой соблазнов, за которой стоит мощь государства, подобными методами практически бесполезно. Что же тогда нам остается? Как бороться с соблазнами?

Я напомню заключительную часть фразы Спасителя: «...но горе тому человеку, через которого соблазн приходит». Т.е. мы должны обличать не только эту порочную систему, показывая ее греховность, пагубность для духовного здоровья нации, но и тех людей, которые стоят за этой системой - «горе тому человеку, через которого соблазн приходит». Вспомним, что около 2000 лет назад руководители еврейского народа так яростно ненавидели Спасителя именно за открытое, прилюдное обличение их в нарушении духовных законов. Яркую иллюстрацию этого совсем нетолерантного обличения мы можем прочитать в 23 главе Евангелия от Матфея. Именно преступление духовных истин привело к тому, что еврейский народ в лице своих руководителей так и не сумел выполнить свое предназначение, воплотить свою национальную идею: встретить Мессию и услышать Его проповедь.

Сегодня мы в своем служении сталкиваемся с невиданной доселе проблемой: отсутствием национальной идеи в нашей стране. Есть множество определений национальной идеи, я скажу близкое мне. Итак, что же такое национальная идея:

«Это четко и ясно сформулированная и аргументально развернутая историософская позиция, объясняющая смысл существования данной нации на данной территории».

Национальная идея - это не идеологическая роскошь, обеспечивающая работой философов и политологов. Национальная идея - это принцип, на основании которого строится вся национальная политика, как внутренняя, так и внешняя. Не имея национальной идеи, государство, по существу, не имеет компаса в бурном море исторического существования. В том, что национальной идеи у новой власти нет, мы убедились, когда президент Ельцин в 1994 году призвал политологов сформулировать подобную идею - тем самым было признано официально, что ее нет. А значит, невозможно существование никаких доктрин: ни военной, ни внешнеполитической, ни религиозной, ни образовательной. Т.к. все эти доктрины призваны только укреплять общенациональную идею, развивать и уточнять ее. Раз ее нет, то не может быть и инструментов, проводящих эту идею в жизнь. Самое печальное, пожалуй, что тогда был объявлен своеобразный конкурс на лучшую национальную идею, т.е. национальную идею превратили в рыночный товар, подчинив ее законам маркетинга. Однако еще блаж. Августин учил, что существуют два типа блага. Один тип таков, что если кто-то обладает этим благом, то другие автоматически его лишаются. Второй же таков, что обладание этим благом не препятствует обладать им другим. Эти блага неисчерпаемы, их нельзя продать, как товар. Ими либо обладают, либо нет. Вот к этим благам и относится национальная идея. Современные попытки изобрести её заново, к чему нас призывали, смехотворны и кощунственны одновременно. Национальная идея либо есть, либо ее нет. Нельзя заново изобретать, скажем, кибернетику. Либо мы признаем за ней статус науки и пользуемся ее достижениями и открытиями, либо не признаем со всеми вытекающими последствиями. Но кибернетику изобрести заново нельзя. Так и с национальной идеей. Присутствуя в общественном сознании, она может по-разному выражаться в различные исторические периоды. Но национальная идея либо признается, либо отвергается, но ни в коем случае не изобретается. Если о каждой, призванной к жизни душе, есть промысел Божий, то, конечно же, промысел Божий есть и о каждом народе, о каждой стране. И каждый народ должен воспринять это своеобразное духовное задание Божие, как национальную идею. И, принимая ее, народ тем самым присягает Своему Создателю на верность служения Ему, на несение порученного народу духовного креста.

Сегодня по данному вопросу у нас в стране абсолютный тупик. Власть всеми силами уклоняется от своей главной законодательной обязанности - конституционно оформить национальную идею страны. Никакие законы, никакие доктрины не должны приниматься, пока национальная идея не озвучена, пока власть не объяснит народу, в чем духовный смысл его существования. Иначе вся нравственная жизнь общества будет официально ограничиваться только уголовным кодексом, что, собственно, мы и наблюдаем. Каждый новый приходящий руководитель без озвученной национальной идеи вправе будет разворачивать политику своего ведомства, министерства, всей страны по своему усмотрению. И те многочисленные реформы, которые происходят и, видимо, дальше будут происходить в нашей жизни, всегда осуществляются на законных основаниях. Ибо духовную и нравственную составляющую в рамки юридических законов не вместить.

И именно потому так трудно бороться с соблазнами, что это духовно-нравственное беззаконие осуществляется в рамках юридических законов, принятых законодателями при отсутствии национальной идеи. Оберегая и спасая себя, система соблазнов исключает из общественной жизни нравственные и духовные критерии, а значит, оставляет за собой право на любые сомнительные эксперименты в духовной жизни общества. Для примера можно вспомнить, с каким неистовством и напором внедрялись оккультные уроки валеологии во всех учебных заведениях страны, сколько денег было потрачено, сколько учебных часов было отнято у наших детей на эти уроки, и все это с благой целью улучшить здоровье нации. Здоровье нации, однако, не улучшилось, проект полностью провалился, но ни анализа (во избежание новых ошибок) сложившейся ситуации, ни виновных в истраченных миллиардах нет. Не будет их, очевидно, и в будущих сомнительных и затратных экспериментах над нашими детьми.

Без национальной идеи в жизни страны можно провозгласить толерантность как духовную норму, постепенно внедрить содомию, ювенальную юстицию и прочие духовные пороки. Уголовному кодексу это ведь не противоречит. Можно вспомнить, как много и долго мы работали с министром образования г-ном Филипповым, добиваясь внедрения уроков ОПК. Но вот его меняют на г-на Фурсенко, а там свои взгляды, свое видение нравственных проблем. А о духовности в данном случае, к сожалению, совсем говорить не приходится. Кто следующий министр, какие у него взгляды на нравственность и духовность? И так до бесконечности.

20-летнее отсутствие национальной идеи - главный соблазн нашего времени.

Именно принятая национальная идея заставила бы чиновника любого ранга свою работу строить в строго определенных рамках принятой духовной идеи. Иначе нельзя, иначе ты - враг нации.

Государство, не выполняющее волю Божию, уклоняющееся от данной ему Богом национальной идеи, обречено на разрушение. Когда большевики приходят к власти, то сразу озвучивают свою идеологизированную национальную идею: построение коммунизма, построение рая без Бога. И как тщательно они оберегали и пропагандировали свою идею! Как жестко запрещали любые соблазны, которые уводили от нее! Может, потому так долго и продержались? Хотя все равно, чем все закончилось, знаем.

В заключение. Что сегодня хочет построить наше государство? Какое будущее? На данный вопрос ни у одной из ветвей нашей светской власти нет ответа. И на это должно быть направлено наше обличение людей, обязанных по долгу службы указать нам на пути решения стоящих проблем, а не унижать нас такими непонятными лозунгами как «Россия, вперед!». Неплохо бы предварительно показать, где этот «перед» и, какие духовные цели и задачи стоят в этом «впереде» перед нашей страной. Иначе мы обречены на тяжелую и бесперспективную борьбу с системой соблазнов, за которой стоит государство. Открытое и нелицеприятное, нелицеприятное до жесткости, обличение людей, которые под благовидными лозунгами свободы сделали соблазны нормой нашей жизни, одна из важнейших, если не самая главная, задача нашего служения в наступившее теплохладное время. Властные структуры на любом уровне, которые поощряют соблазны своим бездействием (вспомним сериал «Школа» и недавно избитую учительницу в Санкт-Петербурге), должны слышать обличительный голос Церкви. К этому нас призывает Христос в Евангелии и кто, если не мы, должны в первую очередь говорить об этом властям предержащим?

Последнее. Система соблазнов, развращающая наш народ, ее вдохновители и исполнители должны быть обличаемы здесь и сейчас. Это должно стать, на мой взгляд, приоритетным в нашей миссии. Иначе национальная идея «Святая Русь, храни Веру Православную!», которую поручил России Господь, мы не осуществим. А это будет значить, что и мы, какими бы благими намерениями при этом ни оправдывались, поощряем эту систему соблазнов. Хотя бы своим молчанием.

Протоиерей Евгений Соколов, руководитель миссионерского отдела Архангельской и Холмогорской епархии

 Доклад был сделан на секции «Народная катехизация. Миссионерская ответственность мирян» IV Всецерковного съезда епархиальных миссионеров Русской Православной Церкви 17 ноября 2010 года.

Впервые опубликовано на сайте «Православие на Северной Земле»


Возврат к списку

Статьи

Элемент не найден!

Возврат к списку

Видеозаписи

Проповеди

Элемент не найден!

Возврат к списку

СМИ о батюшке

Элемент не найден!

Возврат к списку

Фотографии