«А как покреститься у вас?» Социологические наблюдения приходской секретарши

«А как покреститься у вас?» Социологические наблюдения приходской секретарши 21 Января 2013

Крестины — первый шаг человека в Церковь, даже если он еще не умеет ходить. А встречает его на этом пути даже не священник, а приходской работник, ведущий запись приступающих к таинству. Нередко ожидания оглашенных и церковная реальность не совпадают.

Звонки от оглашенных

В храме, даже сельском и маленьком, телефон звонит часто. Ближе к воскресенью звонков становится больше. Литургия в сельском храме только в воскресенье, а после нее — крещение. Поднимаешь трубку и почти наверняка знаешь вопрос, который тебе зададут: «Что нужно для того, чтобы покреститься в вашем храме?» Процентов семьдесят всех звонков касается этого таинства или, как порой выражаются абоненты, «обряда», а то и «процедуры». Поправляешь мягко. «Это не процедура». — «А сколько стоит?» — «Кого крестите: младенца? Или взрослый придет?» — «Ребенка, год ему». — «Столько-то». Часто понятно: записывает человек, ведет он сейчас мониторинг разных храмов, выбирает. В том числе и «цену» — ориентировочную сумму пожертвования, как поправит вас любой грамотный приходской работник. «А если пожертвование, то почему тогда фиксированная сумма?» — «Чтобы вам было легче ориентироваться. Если эта сумма для вас неподъемна, можно поговорить с батюшкой, не думаю, что он откажется бесплатно вас крестить. Я такие вопросы не решаю». Знаю только, добавила бы, что пожертвования — единственный денежный источник для храма, хоть и звучит это слово возвышенно и старомодно, почти ветхозаветно. О том, что храму нужно платить и за свет, и за газ, и за воду, и даже за вывоз бытовых отходов, тоже знаю я. Для человека стороннего это порой является откровением. Но редко — убеждением в пользу необходимости жертвы. Но кто я, чтобы кого-то чему-то учить? Всего лишь голос в телефоне. Однако зачастую — первая, с кого начинается для людей путь в храм. Современному человеку некогда, а порой и боязно идти в храм, куда легче набрать номер телефона. А там — секретарша. Без рясы, креста и бороды. С ней легче обсудить все волнующие вопросы. Помимо «цены», температуры воды в купели, наличия в храме сквозняков и возможности фотографировать действо — «что для этого нужно?».

Перечисляешь:

— крестильная рубашка — «Где купить?», «Обязательно ли белую?»;

— крестик — «Золотой непременно? Кто должен покупать — крестный?» — «Да нет, нет, к чему младенцу золотой, подумайте сами, купите для начала простенький, латунный, повесьте на ленточку. А уж крестный захочет, сделает подарок — это же просто традиция»;

— пеленка-полотенце;

— чепчик-платочек, если девочка;

— шлепанцы — если крестится взрослый — «Вы будете погружаться в купель». Иногда за этим следует смущенное: «Как?!» — и человек прощается. Бывает и наоборот: люди ищут именно такое место, где крестить будут полным погружением. А у нас «взрослая» купель большая, красивая. Наполнить этот мини-бассейн водой из шланга да согреть эту воду кипятильником — целая история. Оттого и разнятся «цены» на крещение для детей и взрослых. Для младенчиков купель — типовая, софринская.

Взрослых сейчас крестится немного, основная волна прошла в девяностые, как тогда говорили, «мода» была.

Почему крестятся эти люди?

Чаще всего, конечно, приходят взрослые люди, когда заболевают, когда в семье случается несчастье. Вот мальчик. Умер брат от страшной и долгой болезни. Похоронен на соседнем кладбище. Юноша ходит на могилу около года и как-то спрашивает: «Можно ли здесь окреститься?». Сейчас — образцово-показательный прихожанин. Вот болящая молодая женщина из соседнего поселка. Крестилась, когда было плохо совсем. Была операция, сейчас с трудом, но может ходить, муж ведет ее к Чаше почти каждое воскресенье. Вот женщина. Сын — наркоман. Жить невыносимо. Окрестилась, ходит на службы. «Стало полегче, — рассказывает, — и мне кажется, он тоже меняется, хотя, наверное, это мистика и не бывает так». Эти люди, пришедшие к купели в «остром состоянии», в переломный момент жизни, потом появляются на службах, исповедуются, причащаются — обычно бывает так. Стоят у канона, у иконы «Неупиваемая Чаша» или великомученика Пантелеимона. Они пришли сюда не случайно, они знают, о чем просить Господа.

Очень часто люди просто идут мимо храма и вдруг чувствуют, по собственному признанию, неодолимое желание зайти. Одни робко стоят у порога: «Можно ли свечку поставить, я не крещеный?», другие расспрашивают об истории храма, чем он знаменит. А потом вдруг: «А как покреститься у вас?» Расскажут, что подумывают об этом не первый год, да все недосуг… Иногда сразу и записываются на крестины, но чаще обещают прийти, позвонить в другой раз. Придут ли? Едва ли половина. Одну девушку я уговаривала: «Следующий раз будет еще через год в лучшем случае». Пришла в воскресенье, но забыла деньги и платок: «Я пойду, пожалуй, не судьба, значит». Платок выдали, денег не взяли. Потом она несколько раз приходила на службы и столько раз сказала «спасибо», что даже неловко становилось.

Почему крестятся эти люди? Ожидать от них историй об откровениях, просветлениях четко сформулированной причины, которая побудила идти креститься, не стоит. «Подумал, что надо», «Захотелось», в лучшем случае — «Приснился сон»… Имеем ли мы право гадать? Батюшка часто нам внушает: «666 все помнят, так и эти выучите: 665, от Иоанна, 6-65: «…яко никтоже может приити ко Мне, аще не будет ему дано от Отца Моего». Будут ли они ходить в церковь? Кого-то встречаешь потом в воскресной толпе, кого-то нет.

Вот за кого можно почти что поручиться — это молодые родители из среднего класса. Эти приносят, а после и приводят своих крещенных в нашем храме чад аккуратно на каждую литургию. Глядишь — уже и мама причащается заодно с младенцем, семья воцерковляется, становится членом приходской общины. А привел их в храм — крошечный младенчик, без слов, без велеречивых убеждений. Личным примером, так сказать.

Нередко мамы крестятся вместе с маленькими. Порой взрослые внучки приводят бабушек — тех самых, которые, по советской традиции, должны были бы крестить своих внучек во младенчестве. Нас ведь чаще крестили бабушки, чем мамы. Но вот на переломе тысячелетий что-то перевернулось в пирамиде поколений, и внучки теперь выступают почти в роли крестных своих отбившихся овечек-бабушек. Эти обязательно поведают, что «росли при коммунизме», словно речь идет о некой экзотической стране, «время было такое, нас учили совсем другому: быть добрыми, честными, трудолюбивыми» — и усмехнутся невесело. Чему их будет учить Церковь, они явно не знают.

Новое слово

Перед крестинами для будущих крестников, а также крестных родителей положена катехизация: две беседы о вере (по крайней мере, такое количество было принято в нашем благочинии). Успеют ли усвоить за две беседы «воспитанные при коммунизме» бабушки суть христианского вероучения?.. Никогда на беседах не присутствовала, не могу сказать. Но народ после них всегда расходился в праздничном каком-то настроении. Видно, что важность предстоящего события становилась для них более явной.

Катехизация, по моим ощущениям, как минимум служит для оглашенных неким буфером между Церковью и миром; уже не так страшно после беседы с настоящим священником в рясе и с крестом ступать в незнакомый мир. Один мужчина лет пятидесяти так и сказал: «Боюсь». На крещение по телефону записался, но зайти в храм купить крестик наотрез отказался. «Так как же вы будете креститься?!» «К воскресенью наберусь храбрости», — последовал ответ. А на вопрос, чего же он боится, промолчал.

Конечно, приходские сотрудники волновались, не разбежится ли народ от «катехизации». И так не слишком хорошо понимает, к чему приступает. А тут новые препятствия. Вроде как пришел в магазин за покупкой — а тебе велят слушать лекцию, к примеру, об истории фирмы-производителя. К чему? Люди недоумевают, да и само слово «катехизация» понятно лишь пятой части звонящих. Стала заменять его на «беседы с батюшкой», коротко объяснять, зачем это нужно. Паче чаяния отказов побеседовать с батюшкой почти не было. Мало того, кровные родители детей, присутствие которых на беседах совсем необязательно, всегда с удовольствием приходили «послушать батюшку». О том, что означает Крещение, чему станет причастен их ребенок после него, они чаще всего не знают, да и «не заморачиваются». Крестят ребеночка, потому что принято, чтобы не болел и жизнь потом сложилась, чтобы соблюсти приличия и не расстроить бабушку. То есть неплохо бы, конечно, вникнуть. «Надо, надо», — кивают взволнованные мамочки и приходят на катехизацию: чтоб все, как положено.

Кум — дело серьезное

Впрочем, бывает, что приглашение на катехизацию может вызвать конфликт — если из-за нее придется перенести уже назначенную дату крестин. Крестные и родственники съезжаются из других городов на семейное торжество. День назначен, стол накрыт, «водка стынет», а тут вдруг Церковь чинит препятствия, вторгаясь на чужую территорию. Но ведь в другой день крестный не может приехать из Брянска. «Давайте, — предлагают часто, — вы просто запишите Петю как крестного, зачем вам его присутствие?». Объяснения, исходящие от приходской секретарши, а то и священника, воспринимаются в штыки.

С крестными вообще много проблем. Это, пожалуй, основной пункт непонимания. Обычно это друзья молодых родителей, обычно невоцерковленные, а порой и… некрещеные. Или крещеные в другой вере. Однажды женщина-армянка, принадлежащая к Григорианской Церкви, обвинили меня в ксенофобии и разжигании национальной розни. Пыталась втолковать ей, что причина того, что не может быть она крестной у дочери подруги, не в национальности. Просто Церкви у нас разные… Куда там!

Еще более упрямыми бывают родные папы с мамой, никак не втолковать им, что крестный — тот, кто отвечает за воспитание ребенка в православном духе, и совсем не обязательно — закадычнейший друг.

Люди пришли за услугой, которую к тому же готовы оплатить, они хотят ее получить в назначенный день и в том виде, в котором хотят. Хотят, чтобы ребенка нарекли Снежаной или Эдуардом — извольте идти навстречу пожеланиям клиента, а свои святцы оставьте себе. Это — их семейное, личное торжество, и вдруг церковники без приглашения являются на него, да еще диктуют свои правила. Все равно как если бы пришли в своих черных рясах да немодных платках на детский день рождения и принялись советовать, какие подарки дарить. Позвольте, что мы дарим детям, как их зовем и кто нам будет кум, не ваше дело, не церковное.

Но в день крестин все забывают о конфликтах. Обычно удается договориться по всем спорным пунктам. А чтобы Церковь отказала кого-то крестить — я с таким не сталкивалась. В день крестин наступает общий праздник — пусть кричат истошно дети от необычной обстановки, сильной хватки дяди с бородой и неожиданного купания да робеют взрослые, читая по бумажке с запинкой Символ веры.

Елена Крюкова

Источник: Нескучный сад