Христос воскрес! А я?

Христос воскрес! А я? 8 Апреля 2018

После Пасхи я зашел к детям в класс. Они знают, что, поскольку ты клирик и богослов, то непременно должен сказать им: «Христос воскресе!» И вот я вошел, но решил ничего им не говорить — естественно, с определенной целью. Просто поздоровался с ними, спросил:

— Ну как вы? Что делаете?

И один из учеников повернулся и сказал мне:

— Надо говорить «Христос воскресе», отче!

— А-а, воистину воскресе! Многая лета!

— Но вы не сказали этого!

— Да, не сказал.

Другие дети удивились, что ученик указал мне, что надо говорить, и поправил меня. В это время в дверь постучали, и вошел мальчик из другого класса, который хотел взять у них баскетбольный мяч:

— Извините, вы можете дать мне ваш баскетбольный мяч? А то нам нечем играть.

Все закричали:

— Иди отсюда! Никакого мяча мы тебе не дадим! В прошлый раз мы его вам дали, а вы его потеряли. Мы больше не даем мячей! Уходи!

Бедный ребенок пристыженно закрыл дверь и ушел. Я повернулся к классу и сказал им:

— Дети, за всеми этими криками вы забыли сказать ему то, что сказали мне.

— Что?

— Христос воскресе! Надо было сказать ему: «Иди отсюда! Христос воскресе!»

Они были ошарашены и внимательно посмотрели на меня:

— А что вы имеете в виду?

— Я имею в виду то же самое, что и вы имели в виду только что. Вы сделали мне замечание, когда я вошел в класс, что мне надо было поздороваться словами «Христос воскресе».

Христос воскресе означает, что я воскресаю вместе с Ним. В противном случае это напоминает мне нечто, сказанное одним молодым человеком, когда я еще учился в лицее. Тогда я был маленьким, и, конечно, он сказал мне это с иронией:

— Христос воскресе! Ну а мне-то это о чем говорит?

Он воскрес, а я? А ты? А мы? Что это значит для нашей жизни здесь и теперь? Влияет ли это вообще на реальность, в которой я живу?

Христос воскресе, но ты упраздняешь эти слова в своей жизни. Ты нажимаешь на кнопки «Cancel», «Delete» на клавиатуре. На словах говоришь «Христос воскресе», а в жизни у тебя еще ничего не воскресло. Во мне еще живут и смердят гробы эгоизма, моих страстей, моих пороков, слабостей.

Вот желанная цель: как, о Христе мой, воскреснет моя жизнь? О том я молю Бога и сейчас выступаю не как твой учитель, а просто говорю, чтобы ты был внимателен к тому, что говоришь. Помнишь, что говорится в Ветхом Завете? «Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно» (Втор. 5: 11). И ты вкладываешь в свои уста эти священные слова, а на деле упраздняешь их.

Однажды я позвонил одному христианину, о котором знаю, что у него имеются финансовые возможности:

— Христос воскресе!

— Воистину воскресе! — ответил он.

Замечательно: ты знаешь это, говоришь это, ты правильно поступаешь.

— Знаешь, есть одна бедная семья, которая нуждается в средствах.

— Эх, отче, ну что же поделаешь? Знаешь, сейчас ведь кризис, кругом одни проблемы. Я молюсь, чтобы у них нашлось какое-нибудь решение. Что делать? Я не могу им помочь. В другой раз поговорим. Христос воскресе, отче!

— Воистину воскресе! До свидания!

«Христос воскресе», но ты еще сребролюбив, еще скуп, ты еще трудный человек, твое сердце еще остается закрытым. Ты не воскрес. Сребролюбие и эгоизм еще живы, они и не умирали.

То же самое я сказал другому человеку, который не ходит в церковь, он не сильно верит в Бога, не имеет особой внешней связи с Церковью, как все мы, остальные. Но я не знаю, что происходит в его сердце. А по сути происходит то, о чем говорит Христос, — что мытари и грешники первыми войдут в рай. Он не сказал мне: «Христос воскресе», но как только услышал о бедной семье, тут же протянул мне 500 евро со словами:

— Возьми их, отче, и сделай что хочешь, отдай их куда надо.

Я сказал ему:

— Христос воскресе!

А он мне ответил:

— Господь истинен! Не знаю, правильно ли я говорю это.

Кто-нибудь скажет: ну разве это правильно? Нет, неправильно, правильнее будет говорить: «Христос воскресе», любить Господа, жить Господом и на деле исполнять Евангелие в своей жизни.

Помнишь того человека, который рассказал старцу Паисию о своей сестре, которая ночами шлялась по питейным заведениям, а днем работала в больнице? Он говорил старцу:

— Потеряю я сестру! Она попадет в ад! Потому что шляется по всяким заведениям, продает себя и совершает грехи!

Старец сказал ему:

— Она в больнице работает?

— Да.

— Когда она с больными, она смиренна, добра, помогает им?

— Очень, отче! Она любит больных, убирает за стариками постель, ничем не гнушается, всё им дает, как будто это ее родители.

— Не беспокойся, дитя мое, Бог ей поможет! Он ухватится за это.

— Но она ведь не ходит особо в церковь, у нее нет связи с тем, что мы, остальные, делаем…

«Мы, остальные, делаем…» А что мы такое делаем? Мы говорим: «Христос воскресе». А потом вонзаем другому в спину очень красивый нож, на котором начертано: «Христос воскресе!»

Я вспомнил об одном человеке и его словах, сказанных, когда я был маленьким: что это значит, что Христос воскрес? Что изменилось оттого, что Он воскрес? Для Себя одного ли Он воскрес? 

На иконах Христос изображен протягивающим руку и отрывающим Адама и Еву от гроба. А как Ему тебя оторвать, как тебя совоскресить этому Христову Воскресению?

Господь воскресе воистину. Господь преображает людей, изменяет их. Когда Его любовь войдет в душу, Он преображает душу и тело, всё изменяется, человек преображается, меняются его душа, качество сердца, умиротворяется ум, человек утихает, спит спокойно, просыпается, и у него есть желание жить. Есть желание трудиться, идти вперед — всё это дает тебе Христос.

Кто заставил одного юношу пожертвовать всем Христа ради, и когда я посетил Святую Гору Афон, он сказал мне: «Хочу поговорить с тобой»?

— Ты меня знаешь? — спросил я его.

— Нет, но однажды ты поздоровался со мной и пожелал мне духовного укрепления, поэтому я хотел тебе кое-что сказать.

Он зашел ко мне в келью. Я спросил его:

— Ты, конечно, с малых лет ходил в церковь, тогда и привязался к Церкви и сейчас стал монахом?

— Ничего подобного.

— А каким ты был?

— Я был бродягой. Шлялся, проводил ночную жизнь, грешил, гонял на мотоциклах, имел подружек, пил, всё подряд разрушал, развлекался, прожигал свою жизнь, я и моя компания.

— Но, конечно, твои родители христиане?

— Ничего подобного. Они даже не знали, где находится храм. По звону колоколов понимали, что что-то происходит, что рядом где-то храм, но не ходили в церковь.

— Так что же произошло?

— Что произошло? Отец меня ругал, напивался, бил меня, отталкивал от себя. Я не чувствовал любви. А жаждал любви всю жизнь, жаждал понимания, тепла, утешения и любви, которых не нашел там, куда ходил. Я пресытился грехами, а по сути искал Бога, но не нашел Его во всем этом.

— Так что же произошло наконец?

— Не знаю, что со мной произошло, я пришел на Святую Гору вместе с одной компанией в паломничество, это было как прогулка, как экскурсия, и тут словно кирпич упал мне на голову от Божией любви. Во мне произошло потрясение, что-то случилось, и я захотел изменить свою жизнь. Так я и изменился.

Раньше мама боялась и укоряла меня, что я грешу, а тут стала делать обратное: предлагала мне новые знакомства, твердила, что мне надо жениться, что не надо столько ходить в церковь и т.д. Говорила: «Ну ладно, мы, конечно, говорили, чтобы ты стал духовным человеком, но не до такой же степени! Женись на этой девушке или на другой: вот эта — дочь священника, эта — сестра богослова, а эта очень хороша!» — «Нет-нет!» — «Но почему же?»

Потому что не существует «почему», когда речь идет о безумии Божественной любви: тогда другой не может тебя понять, если ты сходишь с ума от Божественной любви. Потому что если безумие из-за чего-нибудь человеческого воодушевляет тебя и похищает, если тебя может воодушевить человек, который — всего лишь луч Божественной красоты, если один луч сводит тебя с ума от любви, то представь себе, что будет, если этот луч приведет тебя к Источнику света, к самому Свету, чтобы ты увидел всё сияние, красоту, любовь? Тогда ты забудешь всё, ты будешь потрясен этим величием, которое ощущаешь. Никто тебя не будет понимать, на тебя будут смотреть странно, тебя будут обсуждать и спрашивать себя: «Да что с ним стряслось?» А ты будешь думать: «Мне вообще неинтересно, что вы обо мне говорите».

Любовь любовью исцеляется. Любовь любовью заменяется — когда ты ощутишь нечто более сильное, ты оставишь всё, и у тебя не будет проблем, ты будешь жаждать Божией любви, которую Бог будет подавать тебе преизобильно. Ты будешь уходить без ненависти, будешь избегать всех, но будешь любить их и переживать в своей душе другое.

Когда я захотел дать этому монаху кое-какие подарки, которые привез из Афин, он сказал мне:

— Отче, я не нуждаюсь в этом, хоть этого у меня и нет, потому что здесь мы этого не едим. Но я жажду Божией любви и настоящей человеческой любви.

Вот как Бог меняет человека, когда войдет в его сердце, как преображается его душа, как умиротворяется совесть, как успокаивается сон, как слаще и красивее бьется сердце, как меняется в нем всё…

Эта перемена происходит от десницы Всевышнего. Человек меняется через воскресшего и живого Христа, Который не есть одни слова. Что ты предпочитаешь: чтобы я пересказал тебе книгу, в которой записаны о Христе слова, слова, слова, исторические документы, аргументы, энциклопедические данные, или чтобы показал тебе сердце? Этот диск с безбрежными знаниями о Христе или сердце, носящее в себе отпечаток окровавленной ладони Христовой, лика Христова?

Так что же ты предпочитаешь? Хочешь, чтобы я показал тебе этот священный убрус, принадлежавший святой Веронике, которым Господь вытерся, как гласит предание, и на нем отпечатался лик Христов? Как бы я хотел, говорит святой Силуан Афонский, показать вам лицо Христа! Это другой вид знания, другое видение лица Христова, без аргументов, другое касание. Ты понимаешь?

Когда любишь кого-нибудь, ты говоришь ему: «Я сделаю всё, что ты захочешь! Исполню любое твое желание, любое воздыхание». Ты понимаешь другого, любовь несет в себе интуицию. Когда любишь, ты понимаешь, что любит любимый, что ему приятно, и угождаешь ему.

Но у нас имеется проблема с тем, чтобы полюбить другого, это не другой виновен в чем-то. Если бы мы любили его, то всё складывалось бы превосходно. Христос это и принес Своим Воскресением: Он помог нам выстоять, изменить свой взгляд, которым мы смотрим на людей, события, на разные случаи.

Не могу слышать, когда кто-нибудь говорит: «Христос воскресе», а затем следует отчаяние, разочарование, страхи, неуверенность, тревоги, смятение, стресс, паника. А в остальном: «Христос воскресе!» Да где же это?

— Христос воскресе! Но не знаю, сдам ли я экзамены, меня охватывает паника, — говорит кто-нибудь.

Я, конечно, не знаю, сдашь ли ты экзамены, и то, что Христос воскрес, вовсе не означает, что все сдадут экзамены. Потому что один малыш в школе сказал мне:

— Отче, вы говорите «Христос воскресе», а у меня дедушка умер. Зачем же мне это «Христос воскресе», если дедушка умер?

Я ему сказал:

— Слушай, если ты поймешь эти слова Христос воскресе в своем сердце, то ты и на смерть посмотришь другими глазами, будешь слышать о событиях, и они будут касаться тебя по-другому. Христос не переменил мир внешне, но переменил нас, наши глаза, сердце, ум, отношение к событиям, и когда мы видим такие же события перед собой, что и до Христа, — то есть видим наводнения, смерть, болезни, проблемы, то всё это не исчезает. Проблемы существуют, но Христос дал нам новые глаза, новый взгляд на жизнь, которую Он дал нам. 

Христос делает не что иное, как говорит тебе: «Дитя Мое, Я принес новую кисть, которой ты раскрасишь мир новыми красками: цветом любви, цветом красной крови, которая истечет на Голгофе, белым цветом Моего Воскресения, синим цветом реки Иордан, где Я омыл твои грехи, цветом пшеничных колосьев, через которые Я ходил. Если хочешь, возьми и разрисуй свою жизнь Моими цветами и смотри на всё по-другому. Хочешь? Ты хочешь, чтобы Я тебя укрепил, чтобы мы с тобой вместе смотрели на вещи? Чтобы Я дал тебе силу преуспевать в твоей борьбе?» Независимо от того, называется ли она искушениями, болезнью, неудачей или удачей на экзаменах, во всем есть возможность почерпнуть силу от воскресшего Христа. Христос это делает.

Но то, что ты веришь в Воскресение, не означает, что всё в твоей жизни будет идти хорошо. Но ты, несмотря на это, приложи усилия — твердо, с оптимизмом, радостью. Когда тебя охватит тяжелое чувство, когда покажется, что ты срываешься и падаешь духом, ты будешь говорить: «Бог всё знает! Христос воскресе! Значит, поскольку Он воскрес, то я смотрю Ему в глаза, а Он придает мне желание и говорит: “Читай, борись, приложи усилия, у тебя получится!” Я делаю это, но в конце концов меня срезают на экзамене. И Христос снова говорит мне: “Посмотри Мне в глаза! Не падай духом, сейчас есть другая плоскость, на которой ты почувствуешь силу Моего Воскресения, — твоя неудача”».

Да, и там (мы говорим) Христос воскресе! Наверно не всё кончилось, не всё потеряно здесь. И это удивительно. Воскресение дает нам увидеть бескрайние возможности, новые возможности, которые Бог предоставляет нам пережить.

Давайте же не будем втискивать Бога в схемы, думать, что будем счастливы только так, как сами себе представляем. Это хорошо, что у тебя есть мысли, планы, ибо ты человек, однако ты говори: «Господи, я думаю, что этот маленький кружок сделает меня счастливым. Если Ты так же думаешь и согласен с этим, хорошо! А если не согласен по каким-либо причинам, да будет воля Твоя!» И события, которые наступят, будут намного лучше.

Я говорю это потому, что в жизни происходят события, которых ты себе не представлял. Я пережил это и сходил с ума от Божиих «сюрпризов».

Я молюсь о том, чтобы в сердце твоем сиял день, сиял свет, сияла надежда. И снова говорю: всё будет гораздо лучше в твоей жизни, ничего еще не закончилось, сегодня ты плачешь, но завтрашний день еще не наступил. Близится хорошее — не предрешай всего, не живи постоянно в нытье и ропоте, не желай всегда переживать Распятый Пяток и остаться там. Потому что ты не выдерживаешь такой огромной боли, а цель этого испытания — пробудить в тебе вожделение и жажду Воскресения!

Архимандрит Андрей (Конанос)

https://www.liveinternet.ru/users/3266779/post390539338/